Юные годы
Страница 1

Довженко-студент в інституту,1911 г.

В 1911 году Александр вступил к Глухивского учительского института, но не потому, что хотел стать учителем, а потому, что имел право сдать туда экзамены, да и стипендия там была 120 карбованцев на год. Здесь он был самым молодым среди студентов и здесь, как пишет сам Довженко, «перестал верить у бога, в чем и сознался на исповеди законоучителю отцу Александру, единственному либеральному человеку из всех наших учителей». В институте впервые знакомится с украинскими книжками, которые читались им и товарищами тайком от педагогов. Говорит сам Довженко: «Запрещено было в нашей среде разговаривать на украинском языке. Из нас готовили учителей — обрусителей края». Впоследствии, за обрусение, к плате учителям Киевской, Подольской и Волынской губерний даже доплачивали 18 карбованцев надбавки.

В 1914 закончил институт и по окончании был направлен учительствувати к Житомирской высшей начальной школе, где, за нехваткой учителей, он выкладывает природоведение, гимнастику, географию, физику, историю, рисование. Империалистическую войну он воспринял «как обыватель», сначала радовался и закидывал цветами поранених, которые «завалили» Житомир, лишь через несколько лет начал смотреть на них «уже с тоской и стыдом».

В то же время Довженко на некоторое время становится активистом Украинского сепаратистского движения. Свержение самодержавия тоже было встречено с радостью «собаки, которая сорвалась из цепи», с верой, что теперь «уже все полностью ясно, что земля у крестьян, фабрики у рабочих, школы у учителей, больницы у врачей, Украина у украинцев, Россия у россиян». Но потом, пересмотрев свои юношеские горячие порывы, Довженко назовет их ослеплениям людей, «которые вышли из погреба», — ведь на то время он не имел «нормального, здорового политического образования, наименьшего воображения о борьбе классов и партий», о марксизме. Впоследствии он напишет: «Украинское сепаратистское буржуазное движение казалось мне тогда найреволюційнішим движением, самым левым, следовательно, наилучшим: что правее — то хуже, что левее — то лучше. О коммунизме я ничего не знал, и если бы меня спросили тогда, кто такой Маркс, я ответил бы, что это, по-видимому, издатель разных книжек.[.]Таким образом, я вошел в революцию не теми дверями».

В 1917 на фронт его не берут как «белобилетника», он переезжает на работу в Киев, где тоже учительствует и учится в Киевском коммерческом институте (в настоящее время Киевский национальный экономический университет на экономическом факультете. Довженко вступил туда лишь потому, что его аттестат не давал возможность вступать к другим Вузам, это было средство получить высшее образование вообще. Учился плохо, недоставало времени и старательности. В том же году, когда за гетмана Скоропадского открывается Украинская Академия Искусств в Киеве, становится ее слушателем. А в 1918-ом — председателем общества коммерческого института. Он организовал общестуденческий митинг протеста против призыва в ряды гетманской армии и большую демонстрацию. Участники были разогнаны, около 20-ти убит, многих ранено. Академию Довженко не заканчивает, а институт, по его словам, посещает до 1920-го или 1921-го года.

В 1918-1919 годах О.Довженко воюет против большевиков в рядах армии УНР. Как свидетельствовал Довженкив земляк инженер Петр Шох (что позже эмигрировал), Довженко вместе с ним был 1918 года воином 3-го Сердюцкого полку Украинской Армии. Это же подтверждает сестра первой жены О.Довженко, вспоминая, «как заходил к ним Довженко в седой шапке из шликом в конце 1917-го и в начале 1918 годов, принадлежа к куреню Черных гайдамаків, что принимали участие в штурме киевского «Арсенала». Эти события впоследствии Довженко изобразит через 11 лет в своем фильме «Арсенал», но уже по второй бок баррикад. По показаниям того же Шоха, Довженко пережил в Киеве в подполье немецкие, русско-советские, русско-монархические и польскую оккупации, не одного раза, бывая под расстрелами. В августе 1919 года он с двумя товарищами убегает в Житомир. Когда город заняли красные, он был арестован Волынской ЧК, отправленный в концлагерь как «враг рабоче-крестьянского правительства», где отбывает наказание 3 месяца. Своим спасением обязанный писателю Василию Еллану-блакитному . Существует версия, что тогда же его завербовали чекисты . По совету Голубого в начале 1920 года он вступает в ряды Украинской коммунистической партии боротьбистів, что контролирует газету «Борьба», орган левых украинских эсеров, которые, присоединившись к левым социал-демократам, отстаива

Страницы: 1 2