Предисловие
Страница 1

Исследование проблем историографии Киевской Руси является важ­ной отраслью занятий советских историков. Интерес к этим проблемам возник в науке уже в первые десятилетия после Великого Октября.' Тогда и позднее было написано немало работ, прослеживающих изучение Киевской Руси в советской исторической литературе. Изыскания в данной области увенчались выходом в свет двух монографических трудов, подготовленных коллективом авторов под руководством В. В. Мавродина. Возникает зако­номерный вопрос, насколько целесообразна после появления этих трудов публикация настоящей книги.

Мы полагаем, что для ее напечатания есть должные основания. Необ­ходимо прежде всего подчеркнуть, что в предлагаемой вниманию читателя работе рассматривается изучение некоторых важнейших вопросов истории Киевской Руси не только советскими, но и дореволюционными историками. Это позволяет более наглядно показать достижения советской историче­ской науки.

Заметим далее, что нами взяты отнюдь не все сюжеты историографии Киевской Руси, а лишь те, которые представляют существенное значение для познания общественного строя Руси Х-ХИ вв. Такого рода тематиче­ское ограничение дает возможность подробнее и полнее разобрать соответ­ствующие произведения ученых, по сравнению с имеющимися на сего­дняшний день историографическими обзорами.

Следует также сказать, что с момента публикации упомянутых нами монографических трудов, посвященных советской историографии Киевской Руси, прошло более десяти лет. В печати за это время было опублико­вано значительное количество новых исследований, заслуживающих исто­риографического анализа.

И, наконец, еще одно обстоятельство, на которое хотелось бы указать. Говоря о произведениях советских историков, особенно новейших, мы ста­рались привлечь внимание к спорным и нерешенным вопросам этнической, экономической и социальной истории Киевской Руси, стремясь при этом дать свое понимание каждого из них. Поэтому данную книгу надо считать этапом исследования, проводимого нами по истории Древней Руси и час­тично уже опубликованного.

Подобно предшествующим нашим работам, она заключена в очерко­вую форму.

В первом очерке, как бы вводном, речь идет о советской историогра­фии древнерусской народности, т.е. носителе экономических и социальных отношений, историография которых — предмет дальнейшего разбора.

Во втором очерке излагается история изучения советскими учеными экономики Древней Руси: земледелия, скотоводства, промыслов, ремесла и торговли. Здесь же выясняется характер и степень воздействия эволюции земледельческого производства на развитие социальных отношений среди восточных славян, как об этом пишут современные авторы, с одной сторо­ны, и как это представляется нам — с другой; затрагивается проблема возникновения городов на Руси, тесно увязываемая исследователями с ростом производительных сил и становлением классового феодального об­щества.

Третий, четвертый и пятый очерки содержат историографию челяди, холопов, данников и смердов. Обращение к этим категориям зависимого населения Древней Руси не случайно, оно обусловлено тем, что названные категории были самыми значительными и типичными среди остальных групп несвободного люда и потому наиболее показательными для раскры­тия характера системы господства и подчинения, сложившейся в древне­русском обществе. Поскольку проблемы рабства, данников и данничества вызывают сейчас у историков большой интерес и порождают споры в нау­ке, нам показалось нужным суммировать результаты их обсуждения как в советской, так и в дореволюционной историографии, чтобы яснее были видны итоги и перспективы решения этих проблем.

Шестой очерк — завершающий. В нем рассматриваются труды совет­ских ученых, относящиеся к генезису феодализма в России. По своему зна­чению этот очерк является центральным в книге, что вполне понятно, ибо генезис феодализма — ключевая проблема в советской исторической науке о Киевской Руси.

В конце очерков мы формулируем собственное мнение по тому или иному вопросу. Во избежание недоразумений подчеркнем, что это сделано отнюдь не с целью придать авторским взглядам какое-то особое значение (они — только один из возможных вариантов прочтения древнерусской ис­тории, не больше), а для того, чтобы явственнее обозначить степень их но­визны и самостоятельности.

Заканчивая предваряющие разъяснения, автор вспоминает

Страницы: 1 2