ИВАН КУПАЛА
Страница 2

Видно, права Предслава, что многие ещё лишь для виду, от страху перед князьями христианами зовутся. Веселее, что ли, со старыми-то богами? Церковь всё запрещает: и то грех, и этого нельзя…

— О чём задумался? — перебила его мысли девочка. — Гляди, я сейчас судьбу свою проведывать стану…

Предслава сняла с головы венок и, шепча какие-то непонятные слова, бросила его

Предслава сняла с головы венок и, шепча какие-то непонятные слова, бросила его в ручеёк. Венок медленно поплыл, но зацепился за камень и завертелся на одном месте.

— Неладно! — испуганно прошептала Предслава.

— Что неладно-то?

— Обожди, не мешай…

Тяжёлый венок, постепенно намокая, погружался в воду. Скоро на поверхности остались только лёгкие, воздушные травки, вплетённые среди цветов. Они беспомощно трепетали, словно пытаясь за что-нибудь ухватиться, чтобы спастись. Потом скрылись и травки. А ручей всё так же весело бежал своей дорогой.

На глазах Предславы выступили крупные слёзы, но она продолжала неотрывно глядеть в воду, как будто надеясь ещё что-то увидеть…

— Худо мне будет… — вздохнула девочка. — Видно, водяной венок утащил…

— Полно, Предславушка. Не всякая примета сбывается. Да и есть ли там водяной-то?

— Что ты! Что ты! — испуганно оглядываясь, зашептала Предслава. — Как же не быть в воде водяному, а в лесу лешему?

— А видела ль ты их когда? Какие они из себя-то?

— Видать не доводилось, врать не стану. А какие они — про то доподлинно знаю.

— Зачем же ему венок твой понадобился?

— То он мне знак даёт…

— Какой знак?

— Худой, Андреюшка… быть со мной беде… Ну, да ладно. Чему быть — того не миновать.

— А какие ты слова говорила?

— Тайные то слова, заговорные. Их сказать тебе не смею. Да и к чему тебе они?

— Тебя дедушка им учил?

— Он. Всё дедушка знает. Словеса неведомые, чары, лечьбы — любую хворь уймёт… Да не велено про то. Не пытай меня, не стану сказывать.

— А ведомо ли дедушке твоему, каков из себя Перун был?

— Как не ведомо? Был он высок да плечист, черноглаз да черноволос, борода золотая, в правой руке лук крепкий, в левой — колчан со стрелами. Однако ж, пора тебе ко двору ворочаться. Вишь — совсем затемнело…

— Не маленький я, не боюсь.

— Не храбрись, Андрей. Кто свою судьбу знает? Ну, вот что. Дам я тебе для оберегу подарок дорогой…

— Спасибо на ласке, Предславушка… Каков же подарок твой?

— А вот, гляди…

На протянутой маленькой ладони лежал небольшой, странной формы камешек. Андрей с удивлением разглядывал непонятный подарок.

— Что ж то за камень такой? — неуверенно, боясь обидеть Предславу, спросил он.

Девочка вздохнула.

— И ничего-то ты не знаешь. А говоришь, учат тебя. Не тому, видно, учат… То Перун-камень. Слыхал про него?

— Н-нет… не доводилось…

— Тот камень падает и стреляет сверху от грома. Он же и громовая стрела называется. Из него надобно делать глаз в перстень и носить на руке.

— Зачем?

— Затем, что им от всякого видимого и невидимого злодея сохранён будешь. Носи да меня помни!

— Спасибо, Предславушка. Только я тебя и без камня помнить буду… Может, лучше тебе его носить, от неведомой беды спасаться?

— От моей беды не спасёт камень. Я у дедушки заступы искать стану. А ты меж людей живёшь. Люди-то всякие бывают.

— Прими ж и ты от меня подарок. Не чуден он и не богат, да от сердца. Дорогих камней нет у меня, сам я из чужих рук гляжу. А возьми ты перстенёк, матушкино благословение. Пусть он тебе про меня напоминает, коли судьба или злые люди разлучат нас…

И Андрей надел на палец девочки простое колечко с алым камушком. Лицо Предславы вспыхнуло тёмным румянцем.

Страницы: 1 2 3