Арии
Страница 3

Инициаторами принятия арийской веры, объединившей столь разные народы, были, по-видимому, не трипольцы, а аборигены Евразии. К такому выводу можно прийти как на основании распространения памятников культур этого времени (конца IV – первой половины III тыс. до н.э.), которое показано на рис. 28, так и из признания исследователями мнения об арийской семантике не только подкурган-ных захоронений, но и курганных насыпей: «В наше время курганы рассматриваются не просто как кучи земли, насыпанные над могилами шапками или возами. Благодаря последним исследованиям археологов, не вызывает сомнений не только сугубо техническая или архитектурная сложность насыпей, сооружение которых требовало определенного порядка и четкой технологической последовательности, но и сложная семантика этих сооружений в системе религиозно-мифологических представлений их строителей… Понять эту систему ученые пытаются с помощью древнейших письменных источников, прежде всего, сборника древнеиндийских гимнов «Ригведы», создание которой относят ко второй половине – концу II тыс. до н.э. Корни же этой устной традиции уходят в глубь тысячелетий, ко временам существования индоиранской или арийской общности… Ритуал захоронения под курганом предусматривал для покойника достижение вечного блаженства или возрождения и перевоплощения в новом мире» [45, 359-361].

Светская власть в новом обществе, как это положено по арийским законам, перешла в руки кшатриев, представленных в основном среднестоговскими племенами, и началась великая перестройка. Археологи отмечают: «Если первым этапам развития трипольской общности был свойственен подъем, когда, осваивая новые территории и контактируя с иноэтничным населением, даже принимая его представителей в свою среду, трипольцы не утрачивали своих традиций в хозяйственной деятельности, материальной культуре, идеологии, то позднее, с появлением на периферии триполь-ского ареала соседей, не уступавших им в силе (среднесто-говцы, нижнемихайловцы в степи, носители культуры типа Певихи в Поднепровье, культуры воронкообразных кубков на Западной Волыни), трипольцы начали интенсивно смешиваться с иноэтничным населением, утрачивая вместе с чистотой своего этноса и культурные традиции, что отразилось в строительстве жилищ, керамическом производстве, идеологии и так далее. На заключительном этапе триполь-ская культура настолько изменилась, что ее периферийные варианты некоторые исследователи даже склонны считать отдельными культурами» [45, 248].

Общий же вывод, который может быть сделан из изложенного выше в этой главе, совпадает со следующим выводом ЮА Шилова: «Иными словами: арии несводимы к той или иной археологической культуре (народности, племени) – это действительно-таки общность племен и народностей, причем зачастую разноэтничных. Пуповина арийской общности не столько в содружестве разноэтничных племен (в данном случае: среднестоговских, днепро-донец-ких и постмариупольских, трипольских и нижнемихайлов-ских), сколько в ведическом наполнении ее основного ми-форитуала – обнаруживается в святилищах и могильниках устья Пела и в поселении у современного села Дереевка на противолежащем берегу Днепра. Эти памятники возникли в середине IV тыс. до н.э. (или раньше, что пока уточняется)» [26, 255-256].

В результате объединения различных народов на территории Украины наступил период мирной жизни. «Это время (середина – последняя четверть IV тыс. до н.э.) можно считать периодом стабилизации и, наверное, единства населения, которое распространялось вплоть до Волги» [45, 307].

Страницы: 1 2 3