Дорога на Киев
Книги / Дорога на Киев
Страница 13

— Некоторые до трех дней не умирают, — с довольной улыбкой повернулся к нам посадник. — Утром выходишь…

В воздухе зазвенела тугая тетива, и в левом глазу несчастного появилось оперение стрелы. Он разом обмяк, голова повалилась на грудь, руки обвисли.

— Кто?! Кто посмел? — завопил посадник. — Найти немедля и самого на кол посадить!

— Что с этими делать, князь? — спросил Асан.

— Сам не знаешь? В темницу их, пущай думают! А может вместо одного завтра двоих получим, а? — вдруг повеселел он. — В темницу!

На крыльцо стремительно взбежали стражники, наставили короткие мечи, связали сыромятными ремнями. Грубые руки отобрали данилин меч, мой топор, обыскали, казалось, не столько в поисках оружия, сколько кошеля с деньгами, и толкнули вслед за Асаном опять в сени, но не в палату, а тесными переходами вниз, еще вниз, в темное подземелье, где трещали и чадили факелы. Заскрипела толстая дубовая дверь. Получив мощный тычок в спину, я воткнулся головой в земляную стену и упал. Рядом грохнулся Данило. Вошедшие вслед стражники, награждая нас пинками, ловко связали ноги. Один вознамерился было отомстить за поруганную вчера честь городской стражи, но его остановили:

— Князь не велел.

Тот смачно сплюнул. Раздался лязг железного засова.

— Пес смрадный, — выругался Данило, пытаясь вытереть лицо плечом. Он улегся на живот, упершись щекой в пол, и натужно закряхтел. Я подумал, что ему опять невзначай дали по голове, и ему стало плохо, но тут он сел, и я успокоился.

— Крепкие ремни, не разорвать.

— Что делать-то будем? Неужто ты к этой гадине служить пойдешь?

— Думать надо, — отрезал Данило. — Не все тут так просто. Есть у меня одно подозрение…

— Какое?

— Понимаешь, ведь посадник этот знает, что я с обозом шел. Откуда? Наверняка знает, что не зерно, а казну везли. При дворе князя Владимира об этой казне всего человек пять ведало. Стало быть, измена.

— И потому как ты о ней догадываешься, тебя выпускать живым нельзя, — закончил я за него.

— Верно. Я ему нужен только для того, чтобы указать, куда золото с драгоценными каменьями перепрятал. Даже ежели соглашусь служить, доверия мне не будет, все одно убьют; а коли не соглашусь, тогда пытать станут.

— Выходит, что посадник своих степняков на грабежи посылает, они же и весь мою сожгли.

— Выходит так. На неподкованных лошадях и с их стрелами, чтобы думали на настоящих степняков, а не на прирученных. И вот тебе еще одна загадка: зачем посаднику отборная дружина и крепко укрепленный город, коли он собирается Владимиру верно служить, а не земли окрестные подчинять? Стало быть, выбираться нам отсюда надо, а не выберемся — смерть лютую примем.

— А как выбраться?

— У меня засапожный нож остался. Я его, когда нас вели, поглубже в сапог протолкнул. Эти дармоеды даже обыскать как следует не смогли. Смерд смердом так и останется, будь он хоть в личине князя, хоть стражника городского. Попробуй достать.

— Чего же ты сразу не сказал? — возмутился я.

— Чтобы ты учился на себя надеяться. Давай, работай.

Вначале я, повернувшись спиной, ощупал мягкое голенище. Рукоятка оказалась у самого края, хотя Данило пытался перед входом в терем затолкать ее поглубже. Я попытался взяться за нее, но сапоги были узкие, а ноги у Данилы — что твои дубовые столбы, и рука на пролезала. Тогда, уцепив рукоятку двумя пальцами одной руки, второй принялся кое-как спускать голенище, и хотя пальцы затекли и почти не слушались, ухватился покрепче и начал вытаскивать. Два раза нож выскакивал из плохо слушающихся пальцев, приходилось все начинать сначала. Наконец, получилось. Я тут же распилил ремни на руках, разрезал на ногах, принялся за Данилу и даже в полутьме увидел, что на запястьях у него от попыток разорвать ремни отпечатались кровавые рубцы.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28