Хозяйственные занятия населения Древней Руси в советской историографии
Книги / Киевская Русь. Очерки отечественной историографии / Хозяйственные занятия населения Древней Руси в советской историографии
Страница 5

П. Н. Третьяков заметил, что в раскопанных селищах IX—XIII вв. кости домашних животных в кухонных отбросах повсюду составляли подавляю­щее большинство. «Роль охоты как источника мясной пищи упала очень низко; это, однако, вовсе не означает, что охота потеряла в этот период вся­кое экономическое значение: и в это время в экономике Руси охота за­нимала очень важное место; она лишь приобрела иной характер, превратясь из „мясной" охоты в охоту преимущественно „пушную"». Рыболовство и бортничество на Руси XI—XIII вв. также были широко распространены. П. Н. Третьяков показал приемы и средства ведения этих промыслов.

Таким образом, по сравнению с работами 30-х годов, исследования 40-х годов отличались более детальным и конкретным изображением про­изводственных занятий древнерусского населения. Это — результат значи­тельно возросших археологических знаний. Нельзя, впрочем, думать, что в изучении данной темы не было недочетов. Наиболее существенным недос­татком следует признать крен, взятый в сторону исследования земледелия. Советские ученые сосредоточили внимание на том, чтобы доказать примат земледелия в экономике восточных славян и Древней Руси. Это привело к тому, что земледельческая отрасль производства оказалась в центре их внимания, несколько оттеснив и заслонив другие отрасли хозяйства. Отсю­да — большие достижения в изучении древнерусского земледелия и явное отставание в исследовании скотоводства и особенно промыслов. Не слу­чайно в главе «Сельское хозяйство и промыслы», написанной П. Н. Третья­ковым для двухтомной «Истории культуры Древней Руси», преобладает земледельческий сюжет, тогда как скотоводству и промыслам уделены

лишь отдельные страницы. Но ярче всего такого рода диспропорция высту­пает в вышеупомянутых трудах Б. Д. Грекова. Преодоление этого недостат­ка стало неотложной задачей советской исторической науки. Книга «Очер­ки по истории русской деревни Х-ХШ вв.» явилась заметным шагом в дан­ном направлении.

В этой книге есть глава о сельском хозяйстве, написанная В. П. Ле­вашовой. Кроме сюжетов, относящихся к земледелию (орудия обработки почвы и технология сельскохозяйственного производства, орудия уборки урожая, состав культурных растений и др.), в главе имеется специальный раздел, посвященный скотоводству Сравнительно подробно В. П. Лева­шова рассматривает состав домашних животных на Руси Х-ХШ вв. С осо­бым тщанием она изучает данные, относящиеся к коневодству. Привлекло ее внимание и птицеводство. Итог у В. П. Левашовой следующий: «Ско­товодство развивалось в непосредственной связи с земледелием. Переход к пашенному паровому земледелию послужил стимулом к дальнейшему раз­витию скотоводства, причем особенно возросло значение лошади как тяг­лового животного. На основании археологических материалов и данных письменных источников установлено стойловое содержание скота с обес­печением его фуражом на зимнее время. Изучение костного материала го­ворит о преобладающей мелкопородности скота и о наличии разных пород лошадей и крупного рогатого скота».

Несомненную ценность представляла и глава книги о промыслах древ­нерусской деревни, принадлежащая В. А. Мальм. Охота, рыболовство, бортничество — вот круг вопросов, исследованных в этой главе.

В. А. Мальм пишет о повсеместном распространении охоты и широ­ком ее развитии в Киевской Руси. Правда, автор полагает, что охота «имела главным образом промысловый характер: велась для добычи пушнины и отчасти мяса». В. А. Мальм подробно, вплоть до деталей, описывает спосо­бы и орудия охоты в Древней Руси. «Самым распространенным и наиболее древним оружием охоты, — говорит В. А. Мальм, — был, несомненно, лук со стрелами». Люди охотились также с помощью копий, топоров, рогатин и т. д. Для зверей устраивали ямы-ловушки. Птиц ловили силками, тенетами, перевесами.

По поводу рыболовства В. А. Мальм замечает, что «население Древней Руси было знакомо с разнообразными рыболовными орудиями и различ­ными приемами рыбной ловли», что этот промысел был повсюду распро­странен. В рационе древнерусского человека рыбная пища занимала дале­ко не последнее место: «Мясо рыбы, богатое белками, являлось важным продуктом питания наших предков. Известно, что еще в конце XIX в. коли­чество рыбы, потребляемой населением европейской части России, состав­ляло по весу почти половину потребляемого мяса крупного рогатого скота, а по содержанию белков — 43 процента от общего количества белков мяс­ной пищи». В. А. Мальм подробнейшим образом характеризует орудия и способы рыбной ловли на Руси.

Рассматривая бортничество, В. А. Мальм констатирует повсеместное его распространение. Этот промысел составлял «одно из древнейших за­нятий населения Руси». В. А. Мальм определяет несколько этапов в разви­тии бортничества: 1) примитивное бортничество, когда люди искали в лесу дуплистые деревья с пчелами; 2) приспособление естественных дупел для бортей, а потом и сооружение искусственных бортей; 3) устройство ульев-колод, подвешиваемых на лесных деревьях. В. А. Мальм допускает нали­чие на Руси Х-ХШ вв. пасечного пчеловодства. Однако «широкого распро­странения в домонгольский период оно не получило», ибо «преобладающей формой добычи меда являлось бортничество, то есть получение меда от диких пчел». Как и в примере с охотой и рыболовством, В. А. Мальм ха­рактеризует способы ведения бортного промысла.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28